Свойства и механизм действия
Классическая роль НАД+ — перенос электронов в ходе гликолиза, цикла трикарбоновых кислот и окислительного фосфорилирования, то есть непосредственное участие в производстве клеточной энергии. Помимо этой редокс-функции, НАД+ служит расходуемым субстратом для целого ряда ферментов, регулирующих иные клеточные процессы: сиртуинов (семейство NAD-зависимых деацетилаз SIRT1–7, связанных с регуляцией метаболизма и стрессоустойчивости), поли-АДФ-рибозных полимераз (PARP, участвующих в репарации ДНК) и мембранного фермента CD38. Именно активность этих «потребляющих» НАД+ ферментов, а не только снижение его синтеза, считается сегодня основной причиной возрастного падения уровня кофермента: в одном из ключевых исследований показано, что активность CD38 в тканях мышей возрастает в два-три раза с возрастом, тогда как уровни PARP1 и SIRT1, наоборот, снижаются, — то есть накопление именно этого «потребителя» НАД+, а не рост активности ферментов-мишеней, служит главным двигателем возрастного дефицита кофермента.
Отдельная практическая проблема касается именно инъекционного и инфузионного применения НАД+: сама молекула заряжена и относительно велика для эффективного прохождения через клеточную мембрану, из-за чего внутривенное введение вещества напрямую не гарантирует его эффективного проникновения внутрь клеток. По этой причине значительная часть исследовательской доказательной базы, на которую ссылаются сторонники «повышения уровня НАД+», в действительности получена не при введении самого НАД+, а при использовании его более мелких предшественников — НМН и НР, — которые обладают собственными клеточными путями поглощения и внутриклеточно превращаются в НАД+.
Исследования
Основы понимания возрастного снижения НАД+ и его связи с сиртуинами заложил обзор Imai и Guarente (2014, Trends in Cell Biology), охарактеризовавший падение уровня кофермента как возможную «ахиллесову пяту» старения, ведущую к нарушениям ядерных и митохондриальных функций. Механистическую причину этого падения детализировала более поздняя работа (Camacho-Pereira и соавт., 2016, Cell Metabolism): именно возрастное повышение активности NAD-потребляющего фермента CD38 — а не изменения в PARP1 или SIRT1 — определяет истощение клеточного пула НАД+ в тканях мышей. Основной объём доклинических данных о благотворных эффектах повышения уровня НАД+ (метаболические улучшения, увеличение продолжительности жизни модельных организмов) получен с использованием пероральных предшественников НМН и НР, а не самого НАД+ напрямую — качественных контролируемых испытаний именно внутривенного введения НАД+ на людях по-прежнему немного, несмотря на широкое коммерческое распространение подобных инфузий в клиниках, предлагающих их для «энергетической поддержки», восстановления после злоупотребления психоактивными веществами и общего «антивозрастного» эффекта.
Регуляторная судьба ближайшего предшественника НАД+ — НМН — заслуживает отдельного внимания как иллюстрация зыбкости границы между «добавкой» и «лекарством». В ноябре 2022 года FDA определило, что НМН исключён из определения биологически активной добавки — на основании того, что вещество ранее исследовалось как экспериментальный лекарственный препарат, что по американскому законодательству (правило «гонки на рынок») закрывает путь к статусу пищевой добавки. Отраслевые организации оспаривали это решение через петиции и, в конце концов, судебный иск; 29 сентября 2025 года FDA полностью пересмотрело свою позицию, признав НМН не исключённым из определения биодобавки на основании данных о том, что вещество продавалось в этом статусе в США ещё до начала лекарственных испытаний. Как отметил биохимик Чарльз Бреннер, открывший витаминную функцию родственного предшественника НР, в комментарии 2023 года в журнале Nature Metabolism, «фармакологическая разница между НР и НМН на клеточном уровне минимальна, однако их регуляторные судьбы совершенно различны», — сам НР статуса биодобавки не терял никогда и продаётся, в частности, под брендом Tru Niagen.
Правовой статус
В Российской Федерации НАД+ как эндогенное вещество не подлежит отдельной регистрации в качестве действующего вещества самого по себе; однако препараты, содержащие НАД+ и позиционируемые как лекарственные средства с конкретными терапевтическими показаниями, подпадают под общие требования регистрации. Ввоз, продажа и применение незарегистрированных лекарственных средств подпадают под действие Федерального закона от 12.04.2010 № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств», а нарушение этих правил влечёт административную ответственность по статье 6.33 КоАП РФ.
В США инъекционная форма НАД+ существует в неопределённом регуляторном статусе: в 2019 году FDA в рамках оценки веществ для перечня 503A предложило НЕ включать НАД и НАДН в список, разрешённый для аптечного изготовления, что оставляет подобные инъекционные препараты вне чёткой законодательной базы, хотя фактическое изготовление и продажа продолжаются повсеместно — клиники по всей стране рекламируют внутривенный НАД+, в частности, для «восстановления после зависимостей». Эта серая зона обернулась в октябре 2025 года конкретным и серьёзным инцидентом: FDA объявило отзыв I класса — высшую категорию серьёзности, применяемую при разумной вероятности серьёзных последствий для здоровья или смерти, — на партию инъекционного НАД+ производства компании GenoGenix из-за повышенного содержания бактериальных эндотоксинов; у трёх пациентов после введения препарата из одного и того же флакона развились пониженное давление, неконтролируемый тремор и боли в теле. Отдельно FDA указало на системную проблему отрасли: часть изготовителей использует для стерильных инъекционных препаратов НАД+ пищевого класса, изначально предназначенный для пероральных добавок и не соответствующий требованиям чистоты, предъявляемым к стерильным инъекционным лекарственным формам.
Источники
- Imai S., Guarente L. NAD+ and Sirtuins in Aging and Disease // Trends in Cell Biology. — 2014. — Vol. 24, № 8. — P. 464–471. https://doi.org/10.1016/j.tcb.2014.04.002
- Camacho-Pereira J., Tarragó M. G., Chini C. C. S., Nin V., Escande C., Warner G. M., Puranik A. S., Schoon R. A., Reid J. M., Galina A., Chini E. N. CD38 Dictates Age-Related NAD Decline and Mitochondrial Dysfunction Through an SIRT3-Dependent Mechanism // Cell Metabolism. — 2016. — Vol. 23, № 6. — P. 1127–1139. https://doi.org/10.1016/j.cmet.2016.05.006
- Amendments to the List of Bulk Drug Substances That Can Be Used to Compound Drug Products in Accordance With Section 503A of the Federal Food, Drug, and Cosmetic Act (предложение не включать nicotinamide adenine dinucleotide (NAD) и NADH в перечень 503A) // Federal Register, U.S. Food and Drug Administration. — 05.09.2019.
- FDA Issues Class I Recall for NAD+ Injection Due to Elevated Endotoxin Levels // HMP Global / Pharmacy Learning Network. — 23.10.2025.
- FDA Reverses Position: NMN Is Not Excluded from the Definition of a Dietary Supplement // Natural Products Association, официальное уведомление о письме FDA от 29.09.2025. https://www.npanational.org/nicotinamide-mononucleotide-nmn/
- Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях. Статья 6.33. Обращение фальсифицированных, контрафактных, недоброкачественных и незарегистрированных лекарственных средств, медицинских изделий и оборот фальсифицированных биологически активных добавок // КонсультантПлюс. https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_34661/073006d2a2a599f5529cc8f48875a6a7625cf3b9/
